Стихи, что греют душу!

 

 С пером 1

 

 

Наталья Николаевна Прокофьева родилась в 1944 году в г. Алма-Ата.  Мама работала корреспондентом в ТАСС,  папа Николай Павлович - детский писатель  и журналист. Закончила филфак КГУ в г. Фрунзе. Наталья Николаевна много путешествовала по стране - сначала с родителями, а затем уже с мужем – военным. Начала заниматься фотографией 15 лет назад, с тех пор как племянник подарил ей фотоаппарат.  Фотовыставки проходили в областной библиотеке имени Асеева под названием «Среда обитания» (2009 г.) и «Какого цвета лето» (2012 г.).  В 2012 году принимала участие в VII Областной выставке народного творчества «Истоки», где была отмечена дипломом.

С пером 2

 

Снимки у Натальи Николаевны сюжетные, участники не посредственно флора и фауна. Работы наполнены светом, яркими красками, радостью, в то же время в них просматривается жизненная философия. На эти удивительные работы хочется смотреть часами. Среди них и любимое фото Натальи «Ценитель живописи», на котором запечатлен пес, любующийся картинами местных художников.

Пес

 

 

- Этот дружок попал в мой объектив в Крыму, в поселке Лазаревское, - поясняет Наталья Николаевна. - Он любовался картинами, а я – им, сочинив при этом такое четверостишие: Кто сказал, что у собаки на уме лишь свары-драки? Вон на морде сколько чувств у любителей искусств!

 

На сегодняшний день Наталья Николаевна работает библиотекарем в Халинской сельской библиотеке.

 

 

 

 

 

АВТОРСКАЯ    ИСПОВЕДЬ

 

 

 

     Что автор сам может рассказать о себе? Боюсь, что даже в сухом изложении моей биографии будет много сомнительных фактов.

 

    Если я напишу, что родилась в столице Казахстана с красивым названием – Алма-Ата (которое звучит в переводе как «отец яблок»), вы уличите меня в неточности, этот город уже не столица. Если я признаюсь, что закончила филфак КГУ в тихом азиатском городе Фрунзе, то есть резон возразить, что нет уже его, города с названием-фамилии советского военачальника, звучащей в переводе с молдавского как «виноградный лист». А есть тревожные сводки из неспокойного Бишкека. Вот и приходится даже автобиографию свою для отдела кадров переписывать.

Так создаются шедевры

 

    Волею судьбы пришлось много путешествовать-перемещаться по стране – сначала с родителями-журналистами, затем с мужем – служивым человеком. Средняя Азия, Украина, Чукотка, Сахалин, Мордовия… Сменив за 16 лет самостоятельной семейной жизни 6 мест проживания, осела в любезном сердцу Курске и вернулась к своей любимой библиотечной работе, в поселке Халино.

 

… «Хоть цыганских нет кровей, бедуинских генов,

 

Кочевой судьбе своей не ищу замены…»

 

    Печаталась  в районных и  городских газетах,  в Московских альманахах «Третье дыхание» «Сияние лиры», в Курских изданиях «Толока», «Вестник профсоюзов», «Не хлебом единым».

 

На ряду с  серьёзным творчеством, Наталья Николаевна  около 10 лет увлекается фотографией. Её работы выставлялись в Доме журналиста, картинной галерее «АЯ» и в стенах КОНБ им.Асеева.

 

У Натальи Николаевны много грамот и благодарностей…….

 

 

-     До сих пор не покидает ощущение, что жила все время то ли не своей жизнью, то ли просто «вчерновую», и вот-вот начнется та настоящая… Отсюда - внутренний разлад, стремление  подгонять время, своеобразный эффект «не хватания суток» на все будние дела. От сюда же – название моей первой книги. Поздней книги…

 

Судьбы черновик пролистала,

 

А набело – поздно уже.

 

Любимых сняла с пьедестала,

 

Их души узрев неглиже.

 

И кое-какие страницы

 

Обуглены, гарью чадят.

 

Забыты любимые лица,

 

Лишь очи мне в душу глядят.

 

Какие нас ждут расставанья

 

И встречи какие грядут?

 

Наш опыт печальный и знанье

 

От новых пожарищ- спасут?

 

Глаза ли поднимаем мы к небу,

 

Обрушится ль небо на нас?

 

Но верую, страстно и слепо,

 

В сияние милых мне глаз,

 

Спасут пусть! Но вот уже тлеет

 

Последний листок черновой.

 

Уже не увижусь с тобой.

 

И набело жить – не сумею…

 

******

 

«Хвалиться, что пишешь в шестнадцать – наивно и глупо,

 

Признаться, что в сорок кропаешь –

 

и глупо, и стыдно.

 

А уж в пятьдесят – то диагноз такой – безнадежна…»

 

 

 

***

 

 

 

Стихи не напишешь от сытости,

 

Скорее – от «всемизабытости»,

 

И в стадии легкой подпитости

 

Черкаешь, листами шурша…

 

А в сердце, закрытое створкою,

 

Поэзии биться без толку,

 

Они сочинятся, наверное,

 

Когда кровоточит душа.

 

Всем пишется – воину, пахарю,

 

И дамочкам с «охами-ахами»

 

Случается, ручкой размахивать

 

Под ропот, насмешки родни.

 

А муза – подруга фартовая,

 

Не любит дороги готовые,

 

Все бродит по чащам и зарослям,

 

Ведется уж так искони.

 

Ворвутся потоки поэзии

 

Лишь в души без гнили и плесени,

 

В которых ни злобы, ни спеси нет,

 

Ну разве что боль или грусть.

 

И так уж порою случается,

 

Что этим сюжет не кончается-

 

Стихи в результате рождаются,

 

Слетая, как бабочки с уст…